Спорт«Поборемся за высшие награды»: глава Федерации бобслея России об...

«Поборемся за высшие награды»: глава Федерации бобслея России об олимпийской трассе, карантине в КНР и немецкой технике

Президент Федерации бобслея России Елена Аникина в эксклюзивном интервью RT по возвращении из Китая заявила, что отечественные скелетонисты будут бороться за медали грядущих Игр в Пекине. По её словам, китайцы могут удивить экспертов и болельщиков на домашних соревнованиях, так как они уже второй год тренируются на олимпийской трассе и знают все её нюансы. Функционер также рассказала, как прошли тестовые соревнования в КНР на фоне жёсткого карантина и прячут ли в Германии свои технологии от других стран.

— Несколько дней назад вы вернулись из страны, которая в связи с пандемией имеет репутацию самой закрытой в мире. Что такое Китай образца 2021 года и к чему надо быть готовым тем, кто туда поедет?

Читать далее…

— У меня к Китаю своё, особое отношение с тех самых пор, когда президентом ОКР был Александр Жуков. В рамках своей работы в Международном олимпийском комитете он возглавлял оценочную комиссию, которая решала, отдать Игры-2022 Пекину или Алма-Ате. И так сложилось, что я сопровождала его во всех этих поездках и наблюдала, как китайцы ведут борьбу за право принять у себя зимнюю Олимпиаду. Уже тогда было понятно, что Китай — это очень высокоорганизованная страна, которая если за что-то берётся, то всё делает в рамках утверждённых правил и инструкций.

Но если выходишь за эти рамки, надо быть готовым к тому, что упираешься в стену и все последующие вопросы решаются очень тяжело. Особенно актуально это стало сейчас, в условиях пандемии… Несмотря на то что Китай признаёт наши вакцины «Спутник» и «Вектор», по правилам страны, если ты не отбыл три недели карантина, считаешься потенциально заразным. Соответственно с нами обращались как с людьми, которые способны заразить всю страну. И ощущается это уже при посадке в самолёт.

— Каким образом?

— Ты садишься в самолёт Air China, и вокруг тебя люди в «скафандрах». Словно находишься в каком-то фильме ужасов: кругом радиация, инфекция и непонятно, чего ждать дальше. Одновременно с этим было чувство жалости: мало того, что люди сидят в комбинезонах с затянутыми капюшонами, поверх надеты очки, маска, защитный экран, резиновые перчатки, которые скотчем примотаны к их телу. И так девять часов полёта.

— Что происходит с иностранными пассажирами по прилёте в страну?

— В аэропорту всё огорожено, сопровождающие в спецодежде водят каждого из прибывших по разным стойкам, одновременно контролируя, чтобы строго выдерживалось расстояние между людьми. Фотографируют, проверяют все бумаги, QR-коды, и последняя инстанция — ПЦР-тест.

— Как образно выразилась одна из ваших спортсменок, садишься в кресло, и тебе втыкают щуп прямо в мозг.

— Это действительно было очень больно и глубоко. У многих кровь из носа текла, у всех без исключения — слезы. Жесточайший тест. При этом я жутко переживала, что кто-то из наших ребят окажется с положительным результатом. Поэтому мы, помимо тех пунктов тестирования, которые были указаны на сайте китайского посольства, за неделю до вылета сдали ПЦР-тест в одной лаборатории, а через несколько дней — в другой. В Новогорск к нам дополнительно приезжали медики из ФМБА, которые протестировали всех спортсменов и взяли кровь на антитела. У одного из членов команды, кстати, тест оказался положительным, и мы были вынуждены оставить человека дома. Но самое главное, что мы прилетели в Пекин и ни у кого не было ничего обнаружено.

Лыжнице Татьяне Сориной не требуется контроль во время тренировок, потому что ей комфортнее работать в одиночку. Об этом в интервью RT…

— Как выглядит карантин по-китайски?

— Приезжаешь в отель, тебя заселяют в номер. Там уже всё готово, всё очень чётко в рамках того, что должно быть. Ты нигде не стоишь, не ждёшь, никаких очередей, всё очень цивильно. До результата сданного в аэропорту теста все сидят по своим комнатам, потом можно выйти на обед или ужин. При этом у тебя в номере сухой паёк, какие-то булочки, бананчик. Но нет ни кофе, ни чая. Первые пять дней в отеле мы пили только тёплую воду с лимоном. Представляете? Китай без чая! Я до сих пор не могу понять, как такое возможно. Плюс была запрещена доставка в отель чего бы то ни было. Весь отель был окружён полицией, и территорию не мог покинуть ни один человек.

— И так всё то время, что шли соревнования?

— К концу второй недели пошли некоторые смягчения. В отеле открыли что-то типа магазинчика, где можно было купить средства гигиены, воду, кока-колу, какие-то чипсы и даже пиво. Совершать покупки разрешалось только по кредитной карте. Я пыталась поменять в отеле деньги, от меня шарахнулись. Деньги, видимо, в руки брать запрещено.

— Олимпийское тестовое мероприятие подразумевает, что это — генеральная репетиция Игр. 

— Да, это так. Я поговорила с одним представителем оргкомитета, который очень во многих вопросах нам помогал во время поездки, и он подтвердил, что на Играх всё будет точно так же. Та же система «пузыря», та же невозможность поболеть за свою команду на других соревнованиях. И карантин три недели с ежедневным тестированием. Правда, уже не таким болезненным, как в аэропорту.

— Сейчас много говорится о том, что спортивные объекты Олимпиады-2022 недоступны для большинства тех, кто будет на них выступать. Ваши подопечные эти трассы опробовали. Какие впечатления?

— Каждая санно-бобслейная трасса — это отдельное сооружение со своими особенностями. Пекинская трасса, как мне объяснили тренеры, отличается тем, что в ней, во-первых, есть круг, по которому должен проехать пилот. Это довольно опасное место, где можно сильно потерять скорость. А во-вторых, под конец трассы есть участки, когда ты едешь чуть ли не наверх. Скорость на этих участках падает жутко. При этом все спортсмены в один голос говорят, что трасса интересная. Главное, к ней приспособиться.

— Не интересовались, почему бобслею и скелетону повезло больше, чем тем видам спорта, где тестовые соревнования были отменены?

— Мне кажется, основная причина здесь в том, что бобслей и скелетон, так же как сани, — такие виды спорта, где ехать по новой трассе, предварительно её не изучив, просто опасно для жизни. 

— Насколько мы находимся в равных условиях с лидерами с точки зрения технической экипировки? 

— Покупаем мы однозначно самое лучшее и самое дорогое. Но это, к сожалению, не гарантия успеха. Нельзя быть уверенным, например, в том, что немцы для своих спортсменов не делают что-то особенное.

— А есть основания полагать, что делают?

— Вполне возможно. В Китай, например, из Германии вместе со спортсменами и тренерами приехали техники и инженеры, которые делают бобы и скелетоны. Разместили все машины в специальных гаражах, к которым никого не подпускали, после каждого заезда что-то там дорабатывали. Такого мы себе позволить не можем. Хотя у нас сейчас немецкий тренер (Дирк Матшенс. — RT).

Нужно ставить перед собой цель выиграть гонку, а не обогнать конкретно Терезу Йохауг. Об этом в интервью RT заявила российская лыжница…

— В чём преимущество такого специалиста перед отечественными?

— Во-первых, у него есть свои скелетоны. И он предлагает нашим спортсменам использовать его технику, которая сделана с учётом всех официальных требований. То есть Дирк не только тренер, но в какой-то степени инженер: на соревнованиях точно знает, как лучше поставить коньки, подогнать ручку, сделать по просьбе спортсменов что-то ещё. Лена Никитина в прошлом году завоевала бронзу на его скелетоне на чемпионате мира. В любом случае я очень довольна работой Дирка и благодарна ОКР за то, что он нам его финансирует.

Нам вообще в этом году очень помогли и Минспорта, и ЦСП. Ведь что такое добраться до Китая? Это ж не просто билеты купить. А технику довезти? Это безумные затраты. Безумные. Я очень просила, чтобы нам дали возможность отправить на тестовые соревнования максимально возможное количество спортсменов и тренеров. Чартер в Пекин организовывала международная федерация, и нам за каждого спортсмена был выставлен огромный счёт. Кроме того, пришлось всю технику отправлять в Европу, а оттуда транспортным самолётом в Китай. В специальных контейнерах. Ведь так просто не загрузишь эти бобы.

— Два года назад вы пришли в вид спорта, где на руководящих позициях всегда были суровые мужчины. Насколько тяжело было добиваться авторитета?

— Это зависит от того, какие ты ставишь цели. Я прекрасно понимала, что моя первостепенная задача в том, чтобы выступать не специалистом, а неким кризисным менеджером. Найти финансирование для содержания федерации, выстроить отношения со всеми структурами, с международной федерацией, репутационно подняться на должный уровень. С этой задачей я справлялась в своей жизни не раз, и в этом плане мне сложно не было. По ходу вникала во все нюансы, много общалась с тренерами, со спортсменами. В тренировочный процесс я стараюсь не влезать — для этого есть тренерский совет.

— Что, на ваш взгляд, более весомо в сугубо технических видах спорта: человек или всё-таки техника? 

— Когда на финише счёт идёт на сотые доли секунды, от техники очень многое зависит. Но я всё-таки думаю, что человек. Потому что скорость на старте имеет огромное значение. А она не от боба или скелетона зависит, а от того, как ты разогнался. Плюс пилот, который должен уметь управлять тем же бобом.

Я, если честно, вообще не понимаю, как пилотам удаётся ровно сидеть и при этом держать под контролем все свои действия. Когда я первый раз рискнула прокатиться в бобе, по наивности думала, что по сторонам буду смотреть, как на американских горках. А меня вдавило так, словно несколько тонн на спину положили — головы поднять не могла. И каждая трасса — это как отдельное искусство. Ты должен съехать определённое количество раз, чтобы иметь шанс на высокий результат.

— Иначе говоря, преимущество собственного поля у китайских спортсменов может оказаться весомым?

— Оно, безусловно, будет. Китайцы уже второй год тренируются на своей трассе и точно знают все её нюансы, включая состояние льда. В нашем виде спорта это важно. Вот, например, сейчас на соревнованиях по скелетону мне сказали, что все готовились к холодному, жёсткому льду. Но китайцы почему-то стали как-то иначе этот лёд морозить, и он был мягкий. Сразу стало понятно, что коньки не те поставили, скорость была не та, да и в повороты на мягком льду надо въезжать по-другому.

— На фоне всех сложностей подготовки к Играм в условиях пандемии я с большим интересом прочитала, что с российской сборной уже какое-то время тренируется спортсмен из Ганы. И у меня возник вопрос: какой вообще может быть в Гане скелетон, а главное, зачем это сотрудничество нужно вам?

— Начнём с того, что в наши планы вообще не входило учить Африку кататься. Этот мальчик приехал на Интеркубок, который проходил в Сочи, подошёл ко мне на соревнованиях и сказал, что он первый представитель африканской страны, которая собирается участвовать в Играх в нашем виде спорта, что у него имеются хорошие спонсоры, соответственно, нет никаких финансовых проблем. И он ищет страну, которая позволила бы ему принимать участие в тренировках сильной команды. Меня так поразила сама идея, что я подумала: почему бы нет? Почему бы нам действительно не расширить географию своего вида спорта? Был же в бобслее пример принца Альбера. Да и команда у его страны всегда была сильной, несмотря на отсутствие в Монако зимы и снега.

Нужно ставить перед собой цель выиграть гонку, а не обогнать конкретно Терезу Йохауг. Об этом в интервью RT заявила российская лыжница…

— Вы хотя бы мысленно рисуете себе вариант выступлений команды в Пекине, который устроил бы вас в плане результата?

— Не люблю делать прогнозов. Но если честно, не очень верю в медали в бобслее. Молодёжь наша ещё не раскаталась. Бороться за попадание на пьедестал, причём как в двойке, так и в четвёрке, может разве что Ростислав Гайтюкевич. Все остальные — это первая десятка. Хотя я всегда помню о том, что есть чудеса, есть удача, верю в это. Хочется, безусловно, чтобы удача была на нашей стороне, чтобы нам повезло, но на этом нельзя строить расчёты. А вот в скелетоне, считаю, Лена Никитина и Саша Третьяков могут побороться за высшие награды.

— Применительно к скелетону эти два имени на слуху уже много лет. У федерации нет планов по раскрутке Никитиной и Третьякова как людей, определяющих лицо вида спорта, как ролевых моделей для совсем молодых мальчишек и девчонок?

— Они и так у нас самые популярные. Принимают участие в каких-то передачах, конкурсах, активны в Instagram, дают очень много интервью. Я в этом плане никак не вмешиваюсь: боюсь отвлечь людей от тренировочного процесса. Но вообще тема интересная. У нас на одном из конгрессов делала доклад маркетинговая компания «Инфрант», которая работает с Международной федерацией бобслея и скелетона, по популярности спортсменов в соцсетях. И я просто смеялась, потому что, по их данным, лидирующие позиции занимают не братья Дукурсы, которые на протяжении многих лет являются фаворитами едва ли не всех турниров, а наша Юля Канакина. Потому что она красотка и она из балета. 

— А вам не кажется, хотя бы иногда, что большой олимпийский спорт как бы изживает себя? Героями в нём всё чаще становятся люди, которые ничего не выиграли, но максимально раскручены в соцсетях, как та же Дарья Клишина в лёгкой атлетике. Получается, что самопожертвование и выход за рамки человеческих возможностей уже невостребованы. И вот-вот возникнет вопрос: а кому это вообще нужно?

— Мне кажется, никакая искусственно раскрученная звезда никогда не сравнится с популярностью тех, кто реально завоёвывает олимпийское золото. Поэтому спортивные достижения — они всегда будут вызывать восхищение, в любом виде спорта. 

— И заключительный вопрос. Когда у вас появятся и подрастут внуки, отдадите их в бобслей или в скелетон?

— Детского бобслея не существует. А те, кто начинает заниматься в более взрослом возрасте, приходят из самых разных областей, как и в скелетон. В этом, считаю, и заключается уникальность наших видов спорта. Та же Юля Канакина, как я уже сказала, пришла в скелетон из балета. Лена Никитина — из женского футбола. Алексей Воевода в своё время пришёл в бобслей из армрестлинга. Есть ребята из баскетбола, из лёгкой и тяжёлой атлетики — отовсюду. То есть любой спортсмен, у которого где-то не заладилось, имеет шанс прийти к нам и показать суперрезультат. Своих, конечно, я бы не отдала в такой жёсткий вид спорта, скорее в бальные танцы. Хотя если им захочется, то как демократичная мама и бабушка буду только помогать.

Источник: russian.rt.com

Новое на сайте

«Один из лучших в лиге»: Овечкин сделал две результативные передачи и обновил личный рекорд

Капитан «Вашингтона» Александр Овечкин отдал две голевые передачи в...

«А разве их кто-то приглашал?»: как повлияет дипломатический бойкот США на Олимпийские игры в Пекине

После объявления Вашингтоном дипломатического бойкота пекинской Олимпиады китайская сторона...

«Планировал совершение резонансных акций»: в Ярославской области задержали подозреваемого в изготовлении взрывчатки

Силовики задержали в Рыбинском районе Ярославской области анархиста, который...

Это также заинтересуетПОХОЖИЕ
Рекомендовано для Вас