Шоу-бизнесИгорь Петренко: «Мне кажется, я ненастоящий артист»

Игорь Петренко: «Мне кажется, я ненастоящий артист»

Игорь Петренко чаще всего играет смелых и мужественных парней, в том числе и военных. Настолько брутальный актер.

Но фильм, в котором Игорь недавно снялся, все же из ряда вон. Ведь одно дело — разыгрывать какую-то вымышленную историю, и совсем другое — участвовать в ленте, которая основана на реальных и трагических событиях, которые к тому же произошли совсем недавно…

Игорь Петренко сыграл одну из главных ролей в фильме «Небо», который рассказывает о трагическом случае, произошедшем несколько лет назад и имевшем большой резонанс: когда турецкий истребитель сбил наш самолет и штурмана в результате сложной и опасной войсковой операции удалось спасти, а пилот погиб… Вообще актер довольно редко дает интервью, но на этот раз согласился. И нам удалось поговорить с Игорем не только о фильме «Небо», но и о других его работах в кино и театре, о профессии актера как таковой, об отношении к жизни и даже о личном — о супруге-актрисе и детях…

«ЭТО НЕ КИНО, А БОЛЬШЕ ЖИЗНЬ»

— Игорь, когда вам поступило предложение сняться в фильме «Небо», были ли какие-то сомнения?

— Сомнения всегда есть. Редко когда бывает, что ты не сомневаешься и сразу соглашаешься на съемки. Но это обычно касается вымышленных и фантазийных историй, и, может быть, не таких ответственных, как эта. Ты просто читаешь сценарий и думаешь: «Ой, как интересно!» А здесь, когда увидел сценарий, задумался. Читал его и пытался понять, насколько фильм будет живой. У меня был именно такой вопрос. Конечно, потом, когда посмотрел хроникальные кадры, я начал углубляться в саму историю и на меня все это произвело сильнейшее впечатление. Ведь одно дело, когда ты где-то в новостях услышал об этом, попытался осознать в суете, остановился на мгновение, у тебя какие-то мысли пришли и ты пошел дальше. Здесь же у меня произошло погружение, и я был в этих мыслях и энергиях, в предвкушении настоящих встреч, работы, определенных сцен, которые придется исполнять. Конечно, больше меня одолевало не сомнение, а смятение, когда ты не понимаешь, как относиться к этому. И я до сих пор этого не понимаю. Потому что это для меня не кино, а больше жизнь. Фильм необычный, сложный… У меня две такие истории были.

— Какая же первая?

— Несколько лет назад вышел фильм «Решение о ликвидации» про операцию по уничтожению Басаева. И мы со съемочной группой ездили в те места, где все это происходило, потом снимали и в Осетии, и в Ингушетии, и так далее… Я впервые приехал в Беслан, был и в школе — там, где погибли дети… Когда начал погружаться в это, то был полон разных смятений. У меня, конечно, останется определенный психологический рубец. И вот теперь вторая такая история пришла ко мне на моем творческом пути. Я благодарен Игорю (Игорь Копылов, режиссер фильма «Небо». — Ред.) за то, что он поверил в меня, что выбор пал на мою кандидатуру, что через меня прошла эта история и тоже оставила неизгладимый след.

— Играть человека, который реально существовал, — очень большая ответственность?

— У меня была поддержка именно от сослуживцев Олега Пешкова (прототип главного героя картины, военный летчик, погибший в результате тех трагических событий. — Ред.), поддержка Гелены и Сашки (вдова и сын Олега Пешкова. — Ред.). Именно она чувствовалась в первую очередь. А дальше была уже поддержка режиссера, который и верил в меня, и вдохновлял. Все очень помогали друг другу. Человеческая взаимная поддержка — это самое важное и ценное. Этому и посвящается наше кино в том числе.

«СПАСАЮТ СЕМЬЯ И РАБОТА»

— Вам важно погрузиться в роль, когда готовитесь к съемкам?

— Конечно, важно, а иначе как? Мне кажется, я ненастоящий артист… (Улыбается.) В том смысле, что такие вещи я чисто технически делать не умею, мне надо максимально через себя все пропустить, тогда я способен выдать определенный результат. Если слияния с историей не происходит, то я не очень знаю, как работать.

— Но это же психологически очень тяжело…

— Да, тяжело. Понятно, что такой герой, как в фильме «Небо», — невымышленный персонаж, что у него есть семья, люди, которые его знают, которые будут потом смотреть кино, которым ты потом будешь смотреть в глаза… Мне в какой-то момент стало настолько тяжело, я просто задавил себя этим пиететом. И понял, что что-то надо делать, что я так больше не могу… Пришлось себя вытаскивать из этого.

— Кто или что помогает в такие моменты?

— Семья и работа. Я служу в театре. Ты приходишь — и там караван идет по-своему: со своими задачами и целями. Там другая работа, другая нагрузка и нужно переключаться. Опять-таки люди помогают. Возьмите тех же военных, которые, выполняя каждый день свою работу, решают психологически непростую задачу. Что их спасает? Люди, которые окружают, дело, которым они занимаются. Потому что сегодня — одно, а завтра — другое, как говорится. Иначе ты не сможешь работать, если не будешь знать, как восстанавливаться.

— В театр вы вернулись несколько лет назад. С чем это было связано?

— Скорее всего, я повзрослел. Это не просто про то, что я пошел и выбрал себе театр. Я вернулся, потому что считаю, что я у театра в долгу. Когда окончил Щепкинское училище, меня сразу взяли в Малый театр. И я не стал бегать, искать — вернулся именно туда. Я ждал этого момента и знал, что он когда-нибудь произойдет, единственное, я внутренне не понимал когда. Мне сейчас 44 года, и в жизни мужчины в таком возрасте, как мне кажется, происходит некий этап взросления, когда уже подводятся какие-то первые итоги. За 20 лет в профессии мне довелось поработать с нашими выдающимися режиссерами, одними из лучших, с прекрасными партнерами. Пока я еще довольно молодой парень, я могу принести пользу…

— В одном из интервью вы как-то сказали, что вы интроверт, что вам предпочтительнее слушать, а не говорить, читать, а не посещать светские мероприятия, что вы не любите больших скоплений людей… Наверное, до сих пор испытываете волнение, когда выходите на сцену?

— Конечно.

Но артист же — такая профессия, когда приходится быть на виду, когда вся жизнь, можно сказать, напоказ…

— Я больше не артист, как мне кажется, а именно актер. Артист — это человек, который работает и выступает на публику. А актер для меня — это задача создать образ, найти суть, докопаться до истины и донести все это до зрителя. Когда это понимаешь, ты осознаешь, что занимаешься своим делом, скажем так.

Любимым делом?

— Уже да, любимым делом. Но это произошло не сразу, это пришло постепенно. Я же не собирался в актеры и даже не мечтал об актерской профессии…

— А о чем мечтали?

— В то время был пик развала страны и совсем не о том думалось. Летел кометой: как сложится жизнь, так и будет.

— Ваша супруга Кристина Бродская тоже актриса. Когда в семье два актера — это сложно или, наоборот, легко?

Игорь Петренко: «Мне кажется, я ненастоящий артист»

— По-разному бывает. Есть и плюсы, что мы понимаем друг друга, советуем друг другу что-то. Есть и минусы, потому что мы — два творческих человека, каждый со своей карьерой, у каждого — свой путь. И иногда ты понимаешь, что это может и отдалять, и сближать, и так постоянно. А дальше уже насколько хватит такого троса, каната, чтобы не разлететься в разные стороны.

— Дети, наверное, тоже творческими личностями растут?

— Творчество всем детям интересно, но пока они просто дети. А что будет дальше, что им будет в будущем интересно — посмотрим, время покажет…

Источник: mirnow.ru

Новое на сайте

В ожидании сертификации: как в Германии комментируют ситуацию вокруг «Северного потока — 2»

Вице-канцлер Германии Роберт Хабек заявил, что Берлин не станет...

«Оказалось, что на меня оформлен заём»: как личные данные россиян сливают мошенникам

По сведениям судебного департамента Верховного суда, ежегодно в России...

Это также заинтересуетПОХОЖИЕ
Рекомендовано для Вас