Клещеевка — село на южном фланге Артёмовска, к которому уже не первый месяц приковано внимание военных аналитиков. Здесь жёстко вошли в столкновение российские и украинские войска. Над этим селом сгустился туман войны: позиции войск в селе и его окрестностях постоянно меняются. Однако, вопреки заявлениям ВСУ о контроле над селом, взять врагу его до сих пор не удалось.
«Клещеевка давно была разрушена, там реально негде закрепляться. Поэтому наши войска закрепились в районе железной дороги. Противник тоже особо в Клещеевку не суётся. В южной части села ВСУ пытаются собрать побольше личного состава, а в северной части, которая ближе к нам, к железной дороге, передвигаться они не торопятся, только наблюдение ведут», — объяснил Феникс, начальник разведки ивановских десантников.
На юге села, по словам Феникса, находится от 60 до 80 человек личного состава ВСУ. Дальше к северу — буквально пара наблюдательных пунктов, где размещаются по пять человек. Российские войска контролируют начало обеих улиц (в Клещеевке всего две улицы, которые потом расходятся на три) в северной части и понемногу продвигаются вперёд.
«ВСУ сейчас в ситуации, когда в каждое окно, каждый кирпич, в каждый кусок разрушенного здания по ним стреляют, — говорит Феникс. Нашим тоже приходится непросто. Я слышал по рации, были наши ребята, которые раненые оставались на позициях, не выходили. В переговорах было слышно, мол, ранил руку, остаюсь».
Начальник разведки отметил, что за железной дорогой войска закрепились основательно, а в самом селе штурмовые группы сейчас возвращают позиции, понемногу выдавливая противника.
Мне пришлось стать свидетелем того, как 4-я бригада 2-го армейского корпуса совместно со спецназом «Ахмат» отбивала высоту над Клещеевкой и дорогу, которая вела от лесопосадки.
Бой за высоту
Штурм начался в сумерках. В батальонном медпункте, где я в тот момент находилась, всё было готово к приёму раненых — на штурмах это неизбежно. В рации трещали переговоры штурмовиков, которых корректировала «птичка».
Поздно ночью привезли двоих десантников, обоих с травмами руки. Одному быстро наложили шину и повязку, у второго ранение было серьёзнее — большая рваная рана, из-за которой он потерял много крови, но не потерял самообладания, ещё сочилась, пока ему оказывали помощь. Звали его Дмитрий, позывной Хома. Пока его перебинтовывали, койка пропиталась кровью, но десантник как будто не замечал ранения и рассказал, как развивался бой.
«Мы пытались продвинуться за штурмовиками, закрепиться на позиции. Что-то прилетело, а что — не знаю. Я сам себе жгут наложил, дошёл до эвакуации. Тут машина как раз оказалась, сразу сюда привезли. Нормально, быстро. Часть Клещеевки пацаны отбили уже, даже двоих снайперов взяли в плен», — рассказал он.
Утром доехала до бэпэлэашников, которые корректировали штурмовую группу. Они были заняты: за 20 минут до этого ВСУ попытались контратаковать, чтобы вернуть потерянные позиции, но неудачно, и сейчас «птичник» корректировал перегруппировку штурмовиков, которым после боя нужно было отправить на эвакуацию раненого.
«Во время подготовки к наступлению были вскрыты огневые точки противника, за нами проводили артиллерийскую подготовку, сформировали штурмовые группы из «Ахмата» и 4-й бригады. Ночью они начали движение, сблизились с вэсэушниками — противник не выдержал натиска и отступил. Наши подразделения удачно продвигались, заняли несколько точек ВСУ, отступающие подразделения противника уничтожали артиллерия и гранатомёты. Занимали огневые точки противника, опорные пункты, отслеживали их резервы, не давали войти с нами в контакт. В результате наши подразделения удачно закрепились», — объяснил случайно встреченный на позиции заместитель командира 4-й бригады с позывным Шер.
Таким образом штурмовые отряды заняли одну из ключевых высот над Клещеевкой, отбив восемь позиций. Пригодных для обороны из них осталось шесть: часть разобрали так, что они больше не могут считаться укреплёнными. В общей сложности на этих восьми позициях находилось около 30 бойцов ВСУ, больше половины из которых погибли.
«Мясные штурмы» ВСУ
«До этого мы дорогу, которая ведёт к Клещеевке, на процентов 70 контролировали, сейчас процентов 88—90 под нашим контролем, восемь их пулемётных точек убрали оттуда, чтобы спокойно сейчас могли передвигаться, раньше тяжеловато было», — рассказал командир 1-го мотострелкового батальона 4-й бригады с позывным Шустрый.
Рассказывая о боях десантников за Клещеевку, он хрипел: провёл бессонную ночь и сорвал голос в рацию.
Буквально минут 20 назад ВСУ попытались вернуть позиции. Сперва отработали артиллерией, кассетами, миномётом. И в этот момент, они думали, они смогут запрыгнуть. Но наши ребята всегда начеку, и я на 100% уверен: до последнего не отдадут.
Результат этих боёв можно считать прогрессом. Боец с позывным Жужек, заместитель командира 1-го мотострелкового батальона, между делом рассказал и о том, какова реальная опасность кассетных боеприпасов.
«Укрытие разбить кассетными боеприпасами практически нереально. Против укрытия они не очень эффективны, зато у них большая площадь поражения на открытом пространстве», — пояснил он.
Попытку ВСУ взять Клещеевку штурмом за один раз Жужек связывает с тактикой «мясных штурмов», которую применяет украинское командование: «Они кидают людей, невзирая на жертвы, у них потери очень огромные. Бывало, за сутки подтверждёнными теряли до 30 человек личного состава «двухсотыми» — и «трёхсотых» ещё раза в три больше, наверное».
За несколько недель активной фазы боёв за Клещеевку ВСУ потеряли 25—30 единиц техники, включая танки, но основная ставка, как и в Запорожье, делается на «мясные штурмы». Однако если в начале с этими потерями не считались, то постепенно наступает переломный момент — оперативный резерв ВСУ на этом направлении понемногу заканчивается, и для новых волн штурма прибывают подразделения с других направлений, в том числе с Кременной.
В целом же ситуация в Клещеевке меняется постоянно. Пока что российские войска трудно, но успешно штурмуют новые позиции, возвращая то, что было утеряно ранее.
Источник: russian.rt.com