Сможет ли Франция перекупить бывшие советские республики
Президент Эммануэль Макрон на этой неделе отправился в Среднюю Азию, на которую у Парижа, судя по всему, большие планы. Поскольку «золотой век» французского колониализма в Африке явно подошел к концу, приходится «искать счастье» где-то еще. И французский лидер начал с Астаны и Ташкента.
Первой страной азиатского турне лидера Пятой республики стал Казахстан, куда Макрон прилетел 1 ноября. Это его первый официальный визит сюда. И, как пишут местные СМИ, он стал ответом на посещение Парижа президентом Касым-Жомартом Токаевым в ноябре 2022 года.
Высокого гостя приняли в астанинской резиденции «Акорду». Церемония прошла по всем правилам протокола. То есть, сначала главы государств представили друг другу членов делегаций. После чего начальник роты Почетного караула отдал приветственный рапорт лидерам двух стран, прозвучали государственные гимны Казахстана и Франции. Затем в Восточном зале состоялись переговоры глав государств в узком формате, сообщает официальный сайт президента КР.
Отмечается, что «лидеры двух стран обсудили состояние и перспективы развития казахско-французского стратегического партнерства. Особое внимание было уделено укреплению политического диалога, углублению сотрудничества в торгово-экономической, инвестиционной, энергетической, транспортно-логистической и культурно-гуманитарной сферах». Также стороны обменялись мнениями по актуальным международным и региональным вопросам. Но это — официальная повестка.
Между тем, Bloomberg прямо указывает, что желание Макрона развивать связи с традиционными партнерами Москвы в Центральноазиатском регионе объясняется тем, что собственную сферу влияния в Африке Франция фактически потеряла. Как рассказали агентству на условиях анонимности два близких к Макрону источника, цель поездки — «укрепить энергетическую безопасность Франции в рамках более широкой европейской кампании по отказу от российского ископаемого топлива».
Дело в том, что после переворота в Нигере, французские компании вынуждены были свернуть переработку урана в этой стране, который так нужен атомным электростанциям. А Казахстан и Узбекистан (его Макрон намерен посетить 2 ноября) входят в список крупнейших производителей урана. В 2022 году, к примеру, Казахстан добыл 43% мирового объема этого металла.
То есть готовность Парижа развивать здесь сотрудничество вполне объяснима. Потому одной из тем переговоров в Астане, по словам собеседников Bloomberg, станет расширение присутствия в стране французской компании Orano SA, которая уже ведет добычу урана в Казахстане через совместное предприятие с госкомпанией «Казатомпром».
Макрон также собирается обсудить с Токаевым перспективы строительства первой в республике атомной станции в районе озера Балхаш. На роль подрядчика там претендуют также компании из России, Китая и Южной Кореи. Но французский лидер явно намерен обойти конкурентов, не случайно в его делегации оказались представители энергетического гиганта Electricite de France и инженерной компании Assystem, занимающейся строительством ядерных реакторов.
Помимо чисто прагматических задач в азиатском вояже французского лидера есть и второй мотив, на который указали источники агентства. А именно, Макрон постарается «соблазнить» бывшие советские республики, чтобы они «вышли за рамки собственной зависимости от России». Французские официальные лица полагают, что конфликт на Украине нарушил давние отношения в регионе и, следовательно, создал для Запада новые возможности, чтобы привлечь эти страны на свою сторону.
Стоит сказать, что с Китаем, который Макрон посетил в апреле с государственным визитом, этот трюк не прошел. Он так и не смог убедить Пекин изменить свою позицию по отношению к России и конфликту на Украине.
Что касается среднеазиатского направления, то оно всегда находилось в зоне исторических интересов России. Правда с начала XIX в. туда пыталась вклиниться Англия, а в наши дни на включение Средней Азии в свою орбиту претендуют Китай и Турция… Не будет ли Франция лишней?
Этот вопрос «СП» адресовала старшему научному сотруднику Института всеобщей истории РАН Евгению Осипову:
— На мой взгляд, активность французов в среднеазиатском регионе, — не чисто их инициатива. Это общеевропейская политика. И Франция, и Германия — действительно, пытаются сейчас противодействовать в Средней Азии — но не России, а Китаю, прежде всего. Поскольку он очень активен на центральноазиатском направлении.
Европейцы явно осознали, что они теряют Африку, где Китай и России постепенно их вытесняют, теряют среднеазиатское направление, поэтому сейчас пытаются навязать Пекину конкуренцию. Пока это выглядит как чисто символические шаги политического характера.
Сюда, в том числе, укладывается визит Макрона в Казахстан и Узбекистан. Я как раз нахожусь сейчас в Самарканде, куда он прибудет завтра. И весь города увешан французскими государственными флагами.
Это, можно сказать, первый шаг. А дальше европейцы должны начать конкурировать с Китаем именно в плане инвестиций, вложения капиталов. Пока нельзя сравнить те суммы, которые вкладывают в регион страны ЕС и китайский бизнес.
Недавно европейцы заявили, что вложат 26 миллионов евро в укрепление пограничных структур в Средней Азии. Но это, конечно, не идет ни в какое сравнение с теми суммами, которые инвестирует в регион Поднебесная. Они огромные.
Но, повторюсь, в принципе, для европейцев это старая практика — начать с таких символических политических шагов, вроде официальных торжественных визитов. А дальше посмотреть, что из этого выйдет. Нужно ли тратить большие деньги и стоит ли конкурировать с Китаем на этом направлении.
Так что я бы не связывал французскую активность с Россией, это скорее противодействие китайскому вектору.
«СП»: А как на это будут реагировать среднеазиатские страны?
— Знаете, я сейчас шел по центральным улицам Самарканда, и на всех фешенебельных отелях видел иностранные флаги, как это водится. Причем российский и американский висят вместе. Тем самым как бы подчеркивается, что для Средней Азии Россия, Америка, Китай и Европа одинаково важны.
Вообще не так много мест сегодня в мире, где российский и американский флаги висят вместе. А в Средней Азии это есть.
Я бы сравнил это с тем, как во времена холодной войны страны так называемого третьего мира, когда переходили из лагеря в лагерь (из капиталистического в социалистический и наоборот), всегда объясняли это тем, что они не видят особенной разницы между социализмом и капитализмом. Для них и то, и другое являлось, собственно говоря, источником инвестиций, ускоренного развития.
Думаю, для таких стран, как Казахстан, Узбекистан, которые довольно интенсивно развиваются, но очень нуждаются в современных технологиях, и китайское направление, и европейское, и американское, и российское, в общем-то, одинаково важны. Поэтому они пытаются взаимодействовать со всеми. И пока у них это получается, надо сказать. То есть, ни китайцы, ни европейцы, ни американцы не требуют сделать выбор.
И пока этого не происходит, страны региона будут, конечно, пытаться получать выгоду со всех направлений. Что, наверное, можно понять.
«СП»: Получается, Восток, как и раньше, дело тонкое?
— Конечно. Здесь умеют это использовать. А главное, что им это нужно.
«СП»: Тогда почему, когда Казахстан захлестнули уличные беспорядки в январе 2022 года, президент Токаев обратился за помощью не к американцам или европейцам, а к России?
— Потому что только Россия в регионах Средней Азии и на Ближнем Востоке делает ставку на легитимную власть. Считая, что это единственно верный путь, залог многополярности.
Поддерживать легитимную власть вообще в традициях России с XIX века. Даже если у нас есть вопросы к этой власти.
С другой стороны, исходя из наших средств, из того, что мы сейчас задействованы в других регионах, мы не имеем возможности поддерживать все политические силы в том же среднеазиатской регионе. Как это делают, например, американцы. Поэтому мы поддерживаем легитимную власть — т.е. действующую.
И понятно, что эта легитимная власть в случае какой-то угрозы, конечно, поддержит Россию. Но только в критической ситуации. Во всех других ситуациях они, соответственно, получают выгоду со всех направлений.
Мы, естественно, держим это в уме. Но для нас, повторюсь, это единственный вариант, потому что мы не можем вкладывать в Среднюю Азию такие деньги, как Китай, например. На данном этапе у нас другие приоритеты, но потерять этот регион мы тоже не хотим. Поэтому работаем с действующей властью. Это в наших исторических традициях.
«СП»: А что все-таки с главной целью визита Макрона? Получит он уран, в котором так нуждается французская энергосистема?
— Франция, действительно, имеет сложности в африканских странах, откуда раньше получала уран для своих АЭС. Нельзя сказать, что они уже потеряли этот рынок, но процесс идет. И, конечно, Макрон хочет подстраховывается. Ведь, с одной стороны, это преимущество Франции, что у нее большое количество атомных станций. С другой, она нуждается в топливе.
Думаю, Казахстан и Узбекистан в данном случае пойдут навстречу Парижу. Собственно, они готовы идти навстречу и всем остальным. Как я уже сказал, Средняя Азия сегодня в той ситуации, когда она готова сотрудничать со всеми, извлекая из этого выгоду. И она будет пользоваться нынешней неразберихой в международной политике, стремясь еще больше интенсифицировать свое развитие.
Источник: svpresa.ru